Суббота, 21.10.2017, 11:34



Интервью группы "Кипелов" журналу Dark City, март 2011 г. (часть 2)

- Кстати, о разных городах: над альбомом «Реки времён» вы работали с Виктором Смольским. Есть ли в планах сотрудничество с кем-то ещё из известных музыкантов?
В.К.: «Тогда это была необходимость: просто не было второго гитариста. В принципе, можно было в одну гитару всё записать, как мы делали в своё время в Арии – первый альбом так был записан. Но мы понимаем, что нужно всё-таки два гитариста: должны быть краски, сольные партии должны исполнять два разных музыканта. А поскольку у нас теперь есть полный комплект, вряд ли мы будем кого-то приглашать. Мы в основном привлекаем людей, которые нам помогают со звуком или тех, кто делает клавишные аранжировки – хотя ребята и сами это умеют делать. Вот когда оркестровку делали, приглашали академических музыкантов. Хотя… ну, есть такая идея, у нас директор любит всякие дуэты».

- Это хороший пиар-ход.
В.К.: «Да, но всё это уже настолько надоело, все эти дуэты… Кстати, как ни странно, Диана Арбенина вот, например, была в шоу «Две звезды», и после этого я спрашивал у администратора – у них снизились продажи, народ меньше стал ходить на концерты. Многие её ортодоксальные поклонники посчитали, что она продалась, встроилась в эту систему, раз она на Первом канале появилась».
В.М.: «А у нас психология у поклонников близкая».
В.К.: «Да, они не прощают нам какие-то вещи такого плана. Была ещё идея записать, может быть, какую-то старую песню с известными западными музыкантами, но пока ни во что хорошее это не вылилось. Возможно, в дальнейшем что-то такое и получится».

- Да, я про западных и говорила. Понятно, что дуэт Валерия Кипелова с Филиппом Киркоровым вряд ли будет иметь успех.
В.К.: «Ну, я думаю, что вряд ли это произойдёт когда-либо. А западные музыканты - у них же тоже есть свои определённые рамки. Артист, может, и хотел бы что-то сделать, но рекорд-компания диктует свои условия, и может ему жёстко сказать, что для него это не очень интересно».

- А вам в какой мере что-то диктует лейбл?
В.К.: «Да никто нам особо ничего не диктует. Музыка, формат – тут мы сами всё решаем. А вот что касается юридической стороны нашей деятельности – это они уже работают».
В.М.: «Но у нас всё равно всё дипломатично происходит, безо всяких конфликтов».

- А было ли, что вам предлагали какой-то пиар-ход, на который вы бы ни за что не пошли?
В.К.: «Я честно скажу, что много раз такое было. Мало того – иногда забывают о том, что мы всё-таки хэви-метал играем, и предлагают всякие корпоративные тусовки. Но мы корпоративов не играем, это наша принципиальная позиция».
В.М.: «А ещё дом-2 предлагали».
В.К.: «Дом-2, да. Хотели, чтобы там заставкой была песня «Я свободен». Было ещё предложение мне лично поучаствовать в «Фабрике Звёзд», прийти в качестве приглашённого гостя, побеседовать с «фабрикантами», возможно, что-то там спеть. Но я отказался – не из-за того, что я пафосный такой, просто это не моё. Что я там буду делать?.. Или ещё предлагали рекламировать пуховики какие-то за большие деньги. Но я понимаю, что это всё не то. Вот если бы предлагали музыкальные инструменты рекламировать – то, что нам близко, то почему нет?»
В.М.: «Ну, мы и рекламируем. Эндорсмент есть».
В.К.: «Да, у меня тоже есть, на микрофоны, в которые я пою. Но я, опять-таки, сразу сказал, что я не буду принимать участие в каких-то выставках музыкальных, вообще ничего такого делать не буду. Не хочу я там сидеть и рассказывать, какой хороший микрофон! Пожалуйста, я могу написать, что я ими пользуюсь, разместить на сайте какие-то фотографии. Но не более того».

- Попробуем вернуться к альбому. В этот раз вы снова работали вместе с зарубежным звукорежиссёром: сведением и мастерингом занимался Михаэль Фосс. Да и обложку рисовал колумбийский художник – Фелипе Мачадо Франко. Среди наших соотечественников достойных кандидатур не нашлось?
А.Х.: «За почти десятилетний период существования коллектива мы успели поработать со многими людьми и в плане звука, и в плане оформления, и не всегда мы получали какой-то удовлетворительный результат. Поэтому в этот раз мы устроили что-то вроде кастинга – и студий, и оформителей: дали задание наиболее талантливым, на наш взгляд, людям, которые могли бы нарисовать нам обложку, сделать сведение и мастеринг. А потом просто выбрали наиболее понравившиеся нам варианты. Самая интересная обложка – к тому же, с нестандартным цветовым решением – была у Фелипе Мачало Франко, а в плане сведения подошёл вариант Михаэля Фосса.
В.М.: «Причём, мы вложили в эту работу много денег, потому что мы с каждой из студий договаривались насчёт сведения одной и той же песни».

- То есть, выбрали несколько более-менее приемлемых вариантов, и каждому заплатили за сведение одной песни?
В.К.: «Ну, кому-то пришлось заплатить, с кем-то мы договорились – они сказали, что фрагментарно нам сделают для примера».
В.М.: «Кстати, были очень серьёзные студии – и Finnvox, и та, на которой Metallica сводили…»
В.К.: «Мы просто остановились на наилучшем соотношении «цена-качество». У кого-то качество не устроило, а у некоторых были просто запредельные цены, которые мы не могли себе позволить. Была одна очень крутая студия, где Оззи Осборна сводили, но там одна песня стоила совершенно нереальных денег».

- Но ведь есть ещё такой нюанс – если записано всё не совсем по тем стандартам, по каким им надо, то сведением не всегда можно вытянуть.
В.М.: «Да. Поэтому – обычно так и бывает – тот, кто будет сводить альбом, просит, чтобы в начале записи он высказал какие-то свои пожелания».
В.К.: «Но, к сожалению, у нас так не получилось, и связано это даже не с финансовой стороной вопроса: мы бы могли себе позволить выехать куда-то – в Германию, Данию, Финляндию, например – и записаться там на студии, и я думаю, что результат был бы гораздо лучше. Но у нас так обычно не получается, потому что к моменту, когда мы должны выезжать, у нас ещё не готов материал: музыка готова, а текст непонятно когда будет – завтра, через месяц, через год, через два… Нельзя же сначала записать инструментал, а потом два года сидеть и ждать. И даже если какая-то песня будет готова – всё равно её нельзя записать, а потом приехать через месяц-два записывать другую и так далее».
В.М.: «А так и получилось два года назад: мы записали инструментал, и только через два года вокал дописывали».
В.К.: «Да, всё так и делалось, по частям: сначала я записал три песни, на которые был готов текст, потом прошёл где-то год – ещё две-три…»

- Поклонники и журналисты вас уже, наверное, замучили вопросами о том, когда же новый альбом выйдет: прошло-то уже лет пять с момента выхода предыдущего, и вы всё говорили, что вот-вот выйдет альбом.
В.К.: «У нас ещё были песни, которые не вошли в этот альбом: аранжировка уже была готова, всё уже было записано, но текст так и не сочинён».
В.М.: «А текст ведь, кстати, тоже большую ритмическую роль играет, и, может быть, Валере хотелось бы спеть медленнее или быстрее, а уже нельзя, потому что инструментал весь записан!»

- Когда вы пишете музыку, вы хотя бы представляете себе на уровне образов каких-то, о чём это может быть, что это за песня?
В.К.: «Ну, не всегда. Бывает, рождается какая-то мелодия, и ты не знаешь, о чём она. Бывает, спонтанно находишь какой-то вариант – либо самому идея какая-то приходит, либо Рита слышит вариант, «рыбу» нашу, и предлагает какие-то свои темы. На этом альбоме так было с песней «Безумие»: она предложила написать про Ницше – это её очень волнует, она любит такие темы».

- А вы?
В.К.: «Не совсем. Хотя я считаю, что получилась неплохая песня. Но я смотрю дальше – я знаю, что эту песню надо будет исполнять на концертах вживую, я примерно представляю, кто приходит на наши концерты. Есть такие песни, которые можно сесть и послушать, подумать над ними, а есть те песни, которые хочется слушать на концерте, и они иногда очень отличаются друг от друга. У нас большинство песен таких, над которыми надо посидеть и подумать, но необходимость в таких песнях, как «Безумие» - быстрых, энергичных, на концерте есть, и они должны быть в репертуаре, даже если, может быть, приходится чем-то жертвовать в тексте. Потому мы и старые песни исполняем, ещё времён Арии – «Воля и разум» и подобные: они простые, доступные, заводные, и без них очень тяжело построить концертную программу.

- А раньше, когда в вы в Арии работали с Маргаритой Пушкиной, были такие «пробуксовки» с текстами?
В.К.: «Были, конечно. Но тогда это не настолько долго всё было. И потом, мы там с текстами работали почти все, и нагрузка по работе с Маргаритой Анатольевной распределялась между всеми музыкантами. Здесь было сложнее, потому что общаться приходилось в основном нам с Алексеем, иногда Славе. Но обычно либо я, либо мы вместе с Алексеем ездили, Алексею надо было присутствовать – он мирит нас, потому что мы постоянно по каким-то вопросам сталкивались».

- Если столько приходилось ждать текстов, то не приходила ли вам мысль попробовать поискать другого поэта?
В.К.: «Искали, конечно, и сами тоже пробовали – в частности вот Вячеслав Молчанов. Кстати, пробовали в основном на той песне, которая в итоге не вошла в альбом. Рита сказала, что, возможно, не успеет её сделать, и мы эту песню использовали как поле для экспериментов, она предлагалась для работы другим поэтам. Огромная стопка этих текстов получилась, листов сорок как минимум, но так и не получилось ничего. Отдельные фразы есть удачные. Но в целом не сложилось».

- А не мешает вам «погоня за совершенством»: иногда такой момент наступает, что вроде бы уже и всё нормально, но ты знаешь, что где-то там какая-то шероховатость, и пытаешься исправить то, что никто и не заметит, может быть?
А.Х.: «Ну, тут главное до маразма не доходить, потому что такие ситуации всё время будут, но в какой-то момент нужно остановиться, иначе так можно сидеть и всю жизнь что-то переделывать».
В.К.: «У нас бывает по-разному, и каждый раз каждый из музыкантов занимает разные позиции. Я, например, когда-то раньше как раз настаивал на том, что надо доводить всё до ума, можно по десять раз всё переписать, но добиться нужного результата. В этот раз я, может быть, устал, и мне уже не хотелось что-то переделывать. Алексей вот просил меня иногда что-то переписать, но мы нашли разумный компромисс. Мы понимаем, что, наверное, можно было бы сделать и лучше. Это понимание не сразу приходит, а спустя какое-то время. А когда мы начинаем эти песни на концертах играть, то в ещё большей степени становится ясно, что, наверное, да, надо было что-то переделать. Мы понимаем, что, наверное, можно было бы сделать и лучше. Это понимание не сразу приходит, а спустя какое-то время. А когда мы начинаем эти песни на концертах играть, то в ещё большей степени становится ясно, что, наверное, да, надо было что-то переделать. Но мы иногда адаптируем эти песни к концертному исполнению – бывает, поём в других тональностях, например».

- Кстати, о концертах: какие у вас ощущения были после выступления на двадцатипятилетии Арии?
В.К.: «Знаете, разные были ощущения. Причём, на концерте они были одни, а после того, как я увидел запись, они изменились. Я посмотрел выступление группы «Кипелов» на этом фестивале и понял, что со стороны тех людей, которые организовывали его, не совсем всё было корректно сделано. Эта чёрная тряпка, которая там висела… Это всё напоминало какой-то сельский клуб, хотя это был «Олимпийский». Понятно, конечно, что юбиляром являлась группа Ария…»

- Ну, группа Ария-то тоже не особо отличалась в этом плане.
В.К.: «Согласен. Отличалась только тем, что было больше света и тряпки этой не было, был нормальный подиум для барабанщика – вот и всё отличие. Но вообще я считаю, что такое мероприятие должно было быть более красочным, более масштабным. Я помню сольный концерт, юбилей «Героя асфальта» - там всё было по-другому. Я так понял, что люди на этом просто решили сэкономить. Может, боялись, что не пойдёт народ на этот фестиваль – тем более что программа состояла из групп, играющих похожую – ну, в чём-то близкую, по крайней мере, музыку. А оказалось совсем наоборот. Мы, кстати, много спорили о формате этого фестиваля. Мне пришлось долго отстаивать ту позицию, что должны быть не просто гости, а музыканты со своими командами, и это будет интереснее. Так никто не делал ещё – это в первый раз, подобный формат. А что касается исполнения, то там проблем не было, всё отлично. Но этот вид, шоу…»

- Ну да, вид подкачал.
В.К.: «Это мягко говоря».

- Но на фоне общей атмосферы это всё, по-моему, терялось, и на вид особо внимания не обращали.
В.К.: «Да, в этом плане проблем не было, мне очень понравилась атмосфера, всё было замечательно, отношения между музыкантами, между командами. Даже забывалось, что есть какой-то приоритет у кого-то»

- Многие интересовались, почему так и не собрался на сцене «золотой состав» Арии.
В.К.: «Ну, во-первых», технические сложности были определённые. И потом, у нас почти не было времени вместе репетировать. А это сложно, потому что надо и свою программу в голове держать, а тут ещё надо вспоминать песни, которые давно не игрались».

- У вас запланировано в Москве два концерта в клубе Arena Moscow в рамках презентации альбома «Жить вопреки», 1 и 2 апреля. Я знаю, что вы так уже делали раньше – играли два концерта подряд. Почему решили придерживаться этой схемы?
В.К.: «Ну, вот мы как раз перед вашим приходом обсуждали то, что можно было сделать один концерт, наверное. Обычно мы делали презентацию альбома на большой площадке, но в этот раз получилось так, что мы уже фактически сыграли «презентации» этого альбома несколько раз. Сначала случился концерт в «Олимпийском» - мы тогда думали, что вообще успеем к этому времени альбом сделать. Но мы не успели. Мы там играли шесть песен с этого альбома. Потом играли в «Горбушке» - думали, что тогда сделаем два концерта, но опять альбом был не готов. Поэтому это происходит сейчас, и мы решили уже не делать пафосный концерт на большой площадке – тем более, с площадками сейчас проблемы, если в апреле организовывать что-то. Так что, остановились на клубе Arena. А насчёт того, почему два концерта – мы разговаривали с людьми, которые занимаются организацией, и они посчитали, что в один день все желающие не поместятся. Кстати, из-за этого ещё дополнительные проблемы возникают, потому что если два дня играть, то надо играть всё-таки разную программу, не кардинально, но что-то менять».

- И насколько сильно будет отличаться программа?
В.К.: «Ну, в «Горбушке» мы в прошлый раз посчитали – получилось примерно процентов на тридцать-сорок. Так что надо готовить гораздо больше песен, больше репетировать, больше держать в голове. К тому же, когда программа уже «накатана», играть легче. А так ты понимаешь, что на следующий-то день тебе уже играть другие песни!»

- Нервничаете? Вы же столько лет на сцене – особенно вы, Валерий, и Александр Манякин!
В.М.: «Ну, это не назовешь страхом, конечно. Просто такое приятное ощущение, лёгкий адреналин. Как будто стоишь на лыжах, смотришь вниз и собираешься скатиться с горы».
А.Г.: «До первого аккорда волнение есть. Когда вышел, заиграл – уже всё нормально».
В.К.: «Я вот уже об этом говорил неоднократно, и не перестаю это повторять: во многом это зависит от того, в какой ты форме находишься. В частности, я – бывало, перед концертом простыл, например, приболел, и уже сомнения какие-то начинаются. Поэтому надо себя в форме держать, стараться не простужаться, перед ответственными концертами особенно. И ещё звук. Если на сцене себя чувствуешь комфортно, не болеешь, и звучит всё хорошо, то никаких нервов нет. Программа ещё имеет значение – если выходишь, и надо играть песен восемь новых, то есть некоторое волнение».
В.М.: «От публики ещё много зависит».
В.К.: «Это да, но тут уж нам грех жаловаться, нас всегда очень хорошо принимают!» 
 
 
Наталья "Pallada" Закондраева

КОНЦЕРТЫ



Copyright R&S © 2009-2017