Четверг, 19.10.2017, 22:58



Интервью М. Пушкиной www.headbanger.ru (11.05.2009 г.) часть 1
Династия Посвященных
На другой высоте

Интервью, которое мы в 2004 году взяли у Маргариты Пушкиной, до сих пор остается одним из самых ярких моментов нашей журналисткой биографии. Возможно, это одна из причин, почему мы никак не могли приступить к продолжению разговора – войти в одну реку дважды, как известно, практически не возможно. Но за прошедшие с тех пор пять лет в творческой деятельности Маргариты произошло столько событий, что оставлять их без внимания стало совершенно непростительно. В 2006 году увидел свет интереснейший альбом «По ту сторону сна», для которого группа Мастер впервые писала музыку на готовые стихи Маргариты. Год спустя под вывеской Margenta был издан диск «Династия посвященных» - еще более сложная, эпическая и монументальная работа, представившая «пушкинскую» интерпретацию понятия «готика» и ставшая настоящим шоком для тех, кто знает Маргариту только по ее сотрудничеству с группами Ария и Кипелов. По состоянию на май 2009 года готовы сразу два новых диска, созданных под руководством Маргариты – вторая часть «Династии посвященных», получившая название «Дети Савонаролы», и ее антитеза – проект «Нейтрализатор мрачности», представивший Маргариту и ее друзей-музыкантов в еще одной совершенно неожиданной ипостаси. На следующий день после завершения работы над «Детьми Савонаролы» мы снова посетили квартиру Маргариты, чтобы обсудить если не все, то хотя бы часть этих интереснейших проектов…

В одном из ваших интервью, рассказывая про свою молодость, вы говорили, что у вас были совершенно замечательные родители, которые позволяли вам ходить босиком по Арбату и кормили Александра Градского борщом...

Не только борщом – котлетами! Градский себя вообще чувствовал у нас в квартире как дома. Папу он называл Папа Толя, маму – Мама Зоя. Подходил по-хозяйски к холодильнику, доставал пакет молока и отправлялся с отцом играть в шахматы. Или чинил телевизор… Это надо было видеть! Огромной отверткой крутил какие-то винтики, регулировал цвет так, что хотелось убежать из комнаты от ужаса.  Градский говорил: «Сейчас все будет хорошо, все будут с красными носами и синими ушами!» Довольно вздохнув,  с чувством выполненного долга Александр удалялся, а папа на следующий день вызывал телевизионного мастера, который все перестраивал обратно. Мне не говорилось ни слова типа: «Ну и дружки у тебя!»

Как же у вас в семье удалось избежать конфликта поколений?

Конфликт был! В вопросе относительно длинны юбки! (Смеется). Но он никогда не принимал такие формы, когда надо хлопнуть дверью, уйти, жить на каком-то флэту, курить косяки и проклинать родителей под звуки Led Zeppelin. Мама была человеком очень тонкого вкуса, она в молодости дружила с музыкантами из духового оркестра, который играл на танцах в кинотеатре «Ударник», любила Верди, Бетховена, Свиридова. Кроме того, она очень хорошо танцевала. Когда они поженились с папой и уехали в Смоленск, к ним в городок приезжал Игорь Моисеев, который отбирал людей для ансамбля. Когда он увидел, как она танцует – в домах офицерах всегда были кружки по интересам: танцы, драматический кружок – он пригласил ее к себе в ансамбль. На что лейтенант Пушкин, естественно, сказал: «Только через мой труп!», и маму никуда не пустил. А она всю жизнь тяготела к музыке. У нее была  очень хорошая интуиция на исполнителей. Я помню, уже в Венгрии, в начале 60-х, приехал певец Юрий Гуляев и заговорил с мамой на дипломатическом  приеме. Он пожаловался, что у него никак не получается пробиться в Москве. А она ему: «Юра, не надо, Москва – гиблое место, пробивайтесь из провинции!» И он так все и сделал. Мама очень легко сходилась с людьми именно артистической натуры. Ее любимый фильм – «Идиот» Пырьева, первая серия.  В своих фантазиях она представляла  отснятой вторую серию и  любила нам  пересказывать ее,  причем это было потрясающе! Мы говорили: «Мама, не надо, не успели ее снять, Князь Мышкин заболел!», а она отвечала: «Неправда ваша, девочки, есть вторая серия!»

Отец находился под большим влиянием мамы, был по натуре своей  очень добрым человеком. Хотя и бомбардировщик. (Смеется). Он  любил  нас, своих дочерей, прощая шалости и  все то, что сегодня называется одним словом «тараканы». Моя средняя сестра – археолог, и он  всячески приветствовал ее увлечение историей, помогал, поддерживал как мог, когда она несколько раз поступала в университет. А я, как младшая, вообще пользовалась определенными льготами, скажем так. Он совершенно спокойно ко всему относился. Увлечение бит-музыкой началось у меня еще в Венгрии, там я впервые увидела и услышала The Beatles, Rolling Stones, чуть позже побывала на концерте Стиви Уинвуда, это был мой первый «живой» рок-концерт.. Когда  я училась в институте, я попросила его купить и  с оказией передать  гитару для гитариста группы Русь, и он лично привез эту гитару. Потом он мне рассказывал, как они с адъютантом пришли в музыкальный магазин – генерал-лейтенант «оккупантов», как их там называют, на черной «Волге» подъезжает к магазину, адъютант с шиком распахивает дверь, и они начинают выбирать гитару. (Дружный смех). Естественно, мадьяры были в шоке от  такого явления!

Так что у меня никогда не было желания хлопнуть дверью. Иногда я искусственно создавала конфликт, но не получала в ответ должного, так чтобы мои друзья растрогались и сказали: «Ой, у Пушкиной с предками непонимание!»  Они понимали не только меня, но и всех моих друзей-приятелей. Все были накормлены, все были сыты.

Увлечение роком у очень многих имеет протестные корни – люди так реагируют на давление окружающего мира и не в последнюю очередь родителей. Если у вас в семье все было так замечательно, что привлекло в рок-музыке вас?

А это тоже был своеобразный протест. Если прийти к какому-нибудь гипнотизеру, который меня загипнотизирует и отправит на нулевой уровень, а потом все ниже и ниже, в одну из прошлых жизней, может быть, обнаружится какая-нибудь связь с Гарибальди или восстанием сипаев. (Смеется). Для меня все началось с The Beatles и Rolling Stones, и когда стоял выбор между этими двумя группами, я выбирала «Роллингов». Потому что они были более волосатые, более мерзкие на вид – по крайней мере, если судить по тем фотографиям, которые мы покупали в табачных лавочках. В Будапеште были такие лавочки, которые назывались "Traffic”, и там продавались закладки, сделанные из фотопленки с обшитыми ниткой краями. И там «Роллинги» были такие волосатые, Джаггер с этой его жуткой челюстью, в каких-то портках, футболках, и такие причесанные продюсером «Битлы». Я всегда говорила, что «Роллинги» - это кайф, а «Битлз» - это какие-то примерные мальчишки.

Альбом «Династия посвященных» посвящен памяти ваших родителей. А что они думали про ваши стихи и тексты песен, всегда ли понимали то, что вы хотели сказать?

Они почти  ничего не понимали. Папа мне всегда говорил: «Не понимаю, что ты делаешь. Напиши простую песню про летчиков, чтобы мы с ребятами, на девятое мая...» Он очень гордился, когда слышал, что по радио перед выступлением Градского или Ольги Кормухиной произносят мою фамилию.  Мама – артистическая натура, она, конечно, многое в моем верлибре не понимала, а песни воспринимала очень хорошо. Она мне всегда говорила, какая песня удачная, а какая неудачная, какой исполнитель удачный, а какой неудачный. Была у меня одна певица, с которой я работала, очень эффектная дамочка, очень симпатичные песни мы написали с ней, но мама посмотрела и сказала: «Нет, это работа впустую». И все так и случилось – человек исчез, и я даже не знаю, что с ней и как. Мама многое очень четко угадывала. Когда мы с ней вместе смотрели клип Арии «Отшельник», была премьера по телевизору, она к моему удивлению сказала: «Мне так понравилось!»

Последнее, что она услышала, когда болела, и дело уже шло к финалу – это «Отлетались» (первый альбом, вышедший под именем Margenta - прим. авт.). Я сказала: «Мама, послушай, хотя я и сама понимаю, что это не шедевр, это сплошное хулиганство». Она послушала и сказала: «Ты знаешь, очень хороший, добрый и светлый альбом. И музыка такая приятная – кто писал? Гена Матвеев? Передавай ему большой привет! И ты отработала неплохо, хулиганишь, конечно, но это же ты!»

Когда мои родители ушли, сначала папа, потом мама, а за ними и мой любимый пес, мне было после этого очень трудно прийти в себя. Во многом результатом этого и стала «Династия посвященных». Меня, кстати, упрекали, что это спекуляция на чувствах слушателей. В последнее время я в Интернете вообще стараюсь ничего не читать, но в ту пору я была очень расстроена такими словами.  Но, думаю,  родители были довольны – я должна была это сделать, отблагодарить их через песни.

«Династия посвященных» - произведение и правда достаточно сложное и по музыке, и по текстам. У очень многих реакция на него такая: «О, ужас, я не понимаю вообще ничего!» Что делать человеку в этом случае, грубо говоря, за какие книжки хвататься?

Уже хорошо, если человек ХОЧЕТ понять. Большинство негатива, который мы получили после выхода альбома, связан с тем, что люди не желают понимать. Они видят перед собой нечто непонятное и, даже не напрягая мозг, говорят: «Какая гадость! Пушкина сошла с ума. Скрипников – это вообще не композитор!» А ведь Скрипников – это очень интересный, очень тонкий композитор. Пришлось  немножко «примять» Сергея  в сторону рока, он больше тяготеет к симфонизму, я его называю «Мусоргский и Римский-Корсаков». (Смеется). У него очень интересное мышление. И когда я читала отклики типа: «Ну что это за сумасшествие?»- я удивлялась, ведь в этом альбоме нет ничего сумасшедшего. Что касается текстов, то там очень много мистики, но этого трудно избежать, когда тебе дается «момент истины», когда тебе дают озарение, когда ты имеешь шанс явить миру (сильно сказано!) одну из скрытых от него граней … Нужно ли это миру? Не знаю… Но делаю.

Я написала этот альбом за два месяца. У нас на сайте недавно вспомнили о журнале «Василиск» – «Где достать раритет? Где взять этот оккультно-мистический-музыкальный альманах?» В нем как раз описывалась технология, как надо выйти в поле, как открыть черепушечку, чтобы космические лучи проходили… У меня было такое впечатление, что мне без моего согласия приоткрыли черепушечку и стали накачивать информацией.  Было состояние, как с похмелья - тряслись руки,  в районе солнечного сплетения – но это те, кто занимаются чакрами, смогут объяснить - возникала пустота, которая буквально вопила: «Дай мне! Накорми меня!» И я писала один текст за другим. А когда сочинялся текст, посвященный маме – "Ave, Leticia!”… –  трудно передать словами состояние. Я плакала, я представляла себе, как мы будем летать с ней на другой высоте, представляла, что мы когда-нибудь увидимся… У меня и сны были соответствующие. Этот альбом родился на пике эмоций. И когда человек, родивший что-то на таком пике, получает то по одной щеке, то по другой, вы можете представить себе его состояние. Я не спекулирую на своих родителях, я отдаю должное тем людям, которые меня привели в этот мир и дали мне возможность быть такой, какая я есть.

В книгах я специально даю комментарии к песням. Я понимаю, что каждый чем-то увлекается – допустим, я иногда читаю, что пишут у меня ребята в гостевой, и если оказывается, что я не знаю этих имен и фамилий, я срочно лезу в Google (смеется) и быстренько смотрю, чтобы быть в курсе. Я понимаю, что должна как-то адекватно реагировать, и у нас завязывается интересная беседа. По этому альбому было много вопросов, я объясняла что да как , даже маленькая книжечка вышла, в которой  приводились комментарии к тестам, объяснялся процесс сочинения. Чтобы понять, допустим, «Покровителей», надо немного почитать Вербера – пусть он тоже заплеван нашими эстетами, но это интересный писатель. Во всяком случае,  первые книги у него интересные. Кстати, строчку «Солнечный луч – моя пирамида» я откуда-то у него выкопала, она очень хорошо легла. «Андайский крест» - меня часто спрашивают, действительно ли он существует, а я просто представила его не в углу церковного участка, а в чистом поле, открытым всем ветрам и бурям…  Наступает момент, когда  хочется накопленную информацию выплеснуть, хочется поделиться с людьми.  Но сейчас я все больше убеждаюсь, что не нужно проводить такой ликбез. И подобные книги – ошибка.

Что характерно, с момента выпуска первого альбома прошло почти два года.  И многие, ранее отвергавшие его, потянулись к материалу ДП, заработал своеобразный магнит, пускай не сразу, но заработал. Сначала люди его послушали один раз, не прониклись, в результате чего пошло категорическое отрицание. Потом пересилили себя, послушали еще раз и уже что-то уловили. Пять-шесть раз послушали – «я ваша навеки!» (Смеется). Хотя могу и преувеличивать…

Не так давно Сергей Терентьев достаточно резко высказался в Интернете о процессе записи «Династии посвященных». В частности, он говорил, что материал предоставлялся ему очень сырым, сроки поджимали, и за гитарные партии к песне «Никто» ему стыдно до сих пор. А как вы сами сейчас оцениваете этот альбом?

Альбом мне до сих пор нравится. Я очень хорошо отношусь к Сергею, мы дружим, перезваниваемся, находимся в полном контакте, но для меня, честно говоря, эти откровения были неожиданностью. Материал, может быть, действительно был сырой, потому что композитор – Сергей Скрипников – был мной приглашен на неведомую ему территорию, он не был близко знаком с тем музыкальным направлением, в котором ему было предложено работать. Было сложновато, ведь для него это первый опыт такой крупной работы в виде полноформатного альбома. Конечно, Сергей Терентьев в этом плане более опытный человек. Было сразу решено, что третьим будет именно Терентьев, я тут же ему позвонила, и он тут же дал согласие. Он действительно задвинул все свои проекты, он проводил в студии день и ночь, но дело в том, что затягивать реализацию идеи  было нельзя – когда ты затягиваешь, начинаешь нервничать, теряется интерес, начинается психоз, и многое пропадает. Мне кажется, мы уложились как раз в срок, который был отведен для этого альбома. Какие-то силы – я не знаю, какие – так захотели. Экстрасенс, с которым я иногда общаюсь, нас буквально вела, и я чувствовала по энергетике, что все нормально. Да, было тяжело, нервничали безумно, но выпускать альбом позже было нельзя. Всему на этом свете свое время.

Как проще работать над материалом - когда вы пишете только тексты, а все остальное на совести музыкантов, или же когда вы контролируете весь процесс от начала до конца?

Музыканты не любят, когда поэт лезет в сочиненную ими музыку. Мне во всех моих горячо любимых группах бьют по рукам, по языку, по голове, а мне так хочется что-то подправить, что-то переделать, например, в структуре песни – но не дают! Честно говорю, что в «Династии посвященных» я отыгрываюсь. Долгие годы этого добровольного рок-концлагеря, в котором я нахожусь, воспитали тягу к свободе. (Смеется). Я говорила Терентьеву: «Гитары потяжелее – хочется!» Мы много спорили со Скрипниковым относительно музыкального материала. Песня «Гром небесный» даже не вошла в альбом, я категорически сказала «нет», как мне мои друзья из группы Ария или группы Кипелов по поводу текстов говорят. Скрипников говорил: «Да ты что, у меня жена ее поет!» А я ему: «Да на здоровье!. Песня «не отсюда», мелодия не та». Ее Анатолий Алешин даже спел, есть черновая запись, но она просто не вписывалась в альбом. Вот так я, тихо потирая ручонки, свожу счеты и даю повод злым языкам говорить о том, что под жестким контролем Холстинина, Дубинина или Кипелова Пушкина пишет нормальные тексты, а для себя сочиняет полное г…. . Правда, есть у меня один товарищ, который считает по-другому: ДП – это преферанс, бридж, покер, а все остальное – игра в подкидного дурака. (Смеется).

Возможно, на этот раз я в своем авторитарном режиме переборщила. Но иначе нельзя. Вот, на новом альбоме есть песня «Настроение», которую поет дочка Валерия Кипелова Жанна – я подсказала там Сергею ход в коде и горда этим (там, где идет ускорение мелодии, закручивается такой мелодический вихрь, это тот прием, который мне так хотелось услышать в песне «Бал у Князя Тьмы», в куплете, где поется «все в восхищении…» - такое ускорение там должно было быть, но, увы…Интересно, разрешил бы Дубинин сделать другую аранжировку этой «арийской» песни?). В голове звучит музыка, и я представляю, как эта вещь должна звучать. Трудно спорить с композитором, потому что он все видит и слышит по-своему. Но бывает, что где-то, допустим, затянут проигрыш, и это бросается в глаза (в уши). В адрес первого альбома были упреки в отсутствии мелодизма, на втором диске мы  учли такие замечания. На «ДП-2» тоже, конечно, наворочено – мама не горюй, но это более мелодичные вещи, и в целом альбом более энергичный, «психический».
 
С какой целью в песне «Никто» вы свели вместе Кипелова и Артура Беркута? Какой-то сюжетной необходимости присутствия двух вокалистов ведь там нет…

Песня действительно сольная, в оригинальной  версии ее Валерий и спел, в процессе записи  мелодически в некоторых местах для него возникали сложности. Изначально я сдуру предложила ему спеть «Андайский крест», но здесь подходит именно грубое слово «сдуру». (Смеется). Я часто переоцениваю возможности других людей, впрочем, как и свои собственные, мне показалось, что это так интересно, ведь вещь сложная, экспериментальная, и человеку, который всегда  тяготел к исполнению более размеренных баллад, такому нашему «Оззи Осборну», будет безумно интересно спеть что-нибудь необычное. Но я в очередной раз ошиблась – он сказал: «Да вы что вообще? Какой Андайский крест?!» Не сложилось. Песня ушла к Артуру.

Что же касается дуэта, то эта мысль одновременно пришла в голову всем. Терентьев тоже сказал: «А здорово, пусть они споют дуэтом!» Это как-то символически получилось – примирение вокалистов двух групп (хотя этот конфликт был скорее в головах фанатов). Может быть, это не очень оправдано, но свой подтекст в таком дуэте есть.

На вашем сайте выложена ссылка на фанатский клип на песню «Никто». Вы, насколько нам известно, достаточно критического мнения о клипах Арии и Кипелова. А этот фанатский клип ближе к тому, как вы представляете видеоряд к этой песне?

Мы с автором этого клипа общаемся, он живет в Новосибирске, потом он, кстати, делал нам рекламные ролики на «Нейтрализатор мрачности». Это просто любительский клип. Меня родители научили уважать чужой труд – Андрей  именно так  прочувствовал песню. Правда,  я спросила его: «Почему там так много воды, и совсем не те потоки? Где водопады? Там же должна быть стихия!» Он мне говорит: «А я в Инете не нашел!» (Смеется). Но он ведь старался! Народное творчество – великое дело! Могу это только приветствовать. Например, посетители гостевой на моем сайте сочинили «Гимн пустыни», сами записывали, присылали демки. Там же проводим  всякие стихотворные конкурсы. Например, у нас был конкурс «Мертвые острова», и мне присылали  целые поэмы. Очень хорошо ребята пишут, очень образное мышление.

Последний конкурс, который им был объявлен – «В чем сущность кактуса?», и тут они немножко тормознули. (Смеется). С кактусами оказалось сложнее, чем с мертвыми островами. Вообще-то я имела определенную тему в виду, говоря «мертвые острова». «Мертвые острова» – это сайты тех людей, которых уже нет в живых. Они остаются в Интернете, эти мертвые острова чьих-то жизней. Но у моих Пустынников были свои мертвые острова. Так или иначе, мы конкурс провели, победителей отбирали поэт Аркадий Семенов и я.

Прошлой весной было прислано  много фотографий городских  граффити, я все мечтаю их выложить, сделать своеобразную галерею. А на 9 мая мы вообще чудесную акцию устроили– меня спрашивали: «Как вы отмечали День победы», а я отвечала: «У нас есть семейная традиция – с утра объезд точек кладбищ, печальная часть, а потом все родственники, кто в силах, собираются у нас здесь, на Фрунзенской, мы вспоминаем своих родителей и родственников, которые погибли на войне, поем военные песни, общаемся так. как когда-то общались семьями наши родители». Я все это описала, немного рассказала про папу, как мама к нему на фронт ездила, как ее сестра в военном госпитале работала, выложила фотографию папы со всеми орденами, включая Орден Жукова. После этого я сказала: «Ребята, у кого есть фотографии дедушек и бабушек, воевавших во Второй мировой, или какие-то их рассказы?» И они, мои золотые, стали выкладывать фотографии – там такие дедки, такие бабульки! А те, у кого нет таких героических родственников на фотографиях, пишут: «У нас нет фотографий», - но  рассказывают о своих близких, воевавших на фронтах, знают, помнят. Одна из наших девушек дружит с поисковиками, работает в свободное время в военном архиве в Подольске – разыскала наградные документы на деда Кипелова, на моего отца…

В какой момент возникла идея сделать продолжение «Династии посвященных»? Мы так поняли, что из тех текстов, которые есть в книге «Династия посвященных», но в альбом не вошли, на втором альбоме появился только «Убийца времени»…

Была попытка написать «Иуду», текст  которого был в книге, но опять узурпаторша Пушкина решила, что это не то. Хотя потом я переслушала эту вещь и поняла, что я, наверное, была не права – там были красивые моменты, просто надо было все это доработать, ведь мне хотелось этого «Иуду» включить в альбом. Это был нон-стоп-процесс. Когда вышла первая «Династия», я поняла, что будет вторая, остановить меня было невозможно. Я спросила у «высших сил», и мне сказали «да», но по тому, как тяжело шел процесс, я поняла, что меня в этот раз цинично обманули, надули. Если «Династия посвященных» шла легко, и «покровители, чьи лица скрыты капюшонами», посылали нам позитивную энергию, то в этот раз они задержались – может быть, в картишки перекинулись. Контроля такого не было и поддержки, к сожалению, тоже. Господи, какую чушь я несу! (Смеется).

Наверное, стандартный вопрос, но все же – с чем связано ваше обращение к личности Савонаролы? Чем вас так заинтересовал именно этот персонаж?

Меня спрашивали: «А почему не князь Курбский?» Я отвечала, что князя Курбского я очень уважаю, но музыкальная стилистика для меня предполагает западную тематику в текстах. Если что-то будет фолковое – у меня ведь есть всякие языческие идейки - то это уже будет что-то другое. А данный подход, западный, предполагает обращение к личностям типа Савонаролы. Мое скептическое отношение к религии и к религиозным фанатикам  известно – я  уважаю чувства верующих, но не могу разделять идеи смирения, общения с Богом через посредников… Мы живем в XXI веке, в эпоху небывалого технического прогресса, и вдруг такое вторжение религии в светскую жизнь. Что это – попытка найти в религиозной пропаганде средство спасения от тотальной бездуховности, от грозящего нам духовного конца света? Меня  всегда интересовали  люди, которые борются за частоту веры, за правильный – не знаю, насколько это слово здесь применимо – подход к этим вопросам. Зная и читая много об Иисусе – пусть это «не та» литература с точки зрения истинно верующих – примерно складывается образ, кто это был, что это было за явление, что это за человек – богочеловек. Меня интересуют те люди, которые отстаивают провозглашенные им принципы чистоты – бедность церковная, отказ от роскоши, полное погружение, отсутствие ханжества, изгнание торговцев из храмов... Савонарола – один профиль этого  человека чего стоит! (Смеется). Второй человек, которого я столь же уважаю –  святой Франциск. Его фигурку мне привезли из Кракова, с большим трудом нашли, в какой-то церковной лавке в подвале. Мне могут возразить люди знающие – а почему не упоминаются наши, русские, святые, старцы… Ответ прост, но озвучивать я его здесь не буду.

Савонарола – человек гигантского ума, который сумел Флоренцию повернуть так, что многое резко поменялось в головах обывателей, пускай всего на 4 года. Под влиянием его проповедей в городе началось отречение от роскоши, монахи лишились своих привычных доходов, фра Джироламо действительно верил в  возможность такого очищение от греховности обыденной жизни. Он писал Папе Римскому, он создавал Движение. Но больше всего меня заинтересовало не это, а один эпизод его деятельности, связанный с детьми. Под эту тему, кстати, подходит многое из нашей истории – комсомол, пионерия, хунвэйбины и другие молодежные течения, где есть учитель – возьмите Мао Цзе Дуна и его культурную революцию, когда унижаются ученые и т.д., а невежественная молодежь торжествует…

Мне интересен не столько сам Савонарола, а отношение учеников к тем, кто им пытался дать мудрость и понимание, кто их вел к чистоте Веры. Интересен момент предательства. В тексте звучит: «Надоест, мы легко повернем время вспять / Надоест, мы начнем в свои игры играть…». У Дмитрия Мережковского в романе о Леонардо да Винчи есть страницы, когда он описывает армию детей Савонаролы, которые жгут картины, уничтожают картину Леонардо, доносят на своих близких, а великий художник  все это видит… А потом идет описание, когда Савонаролу ведут на казнь, и эти же шкеты, гаденыши, «павлики морозовы» просовывают колья сквозь настил, чтобы изранить ноги – кому? Своему бывшему учителю, которому они поклонялись! Такое же отношение можно увидеть сплошь и рядом, это животрепещущая для меня тема, потому, что я все это прожила в момент, когда у меня отец уходил. Отношение к герою страны, кавалеру Ордена Жукова, все, что описано в песне – я пережила это на самом деле. Отец был вычеркнут из списка нужных системе людей чиновниками, не он один, многие из ветеранов столкнулись с таким же отношением. Да на этом месте может быть любой человек, просто прошедший войну (Отечественную ли, Афганскую ли, Чеченскую ли), которого выбрасывают как мусор, который никому не нужен. Ты бежишь к партийному лидеру и говоришь: «У вас есть партия, позвоните или напишите, чтобы человека взяли в больницу, он ведь умирает, нужно спасать». А тебе отвечают: «Мы к тебе хорошо относимся. Напиши письмо, мы его рассмотрим…» Помню, как врач-майор смотрит тебе в глаза, всем своим видом показывая готовность взять деньги за выполнение клятвы Гиппократа, и, не получив желаемое, цедит сквозь зубы: «Надо же, как Вы за отца своего боретесь, но я ничем помочь не могу, сочувствую». А ведь мог помочь! Или замерзающие от холода старики на своих балконах, в своих прогнивших коммуналках… В то время, как представители власти рассуждают о величии подвига наших отцов и дедов в военные года. Вот они, эти проклятые колья…

Молодежь любит отталкивать старших… Но юность очень быстро проходят, это всего лишь  миг. Когда тебе двадцать, ты думаешь, что тебе еще ого-го сколько лет быть молодым, но это обман. Не успеешь оглянуться и ты уже в числе тех, кому  чиновниками определен позорный срок дожития… Порой я читаю посты вроде: «Пушкина, тебе пора на пенсию!», я отвечаю: «Не дождетесь». (Дружный смех).  Если уж уходить – то не на пенсию, а в леса, к чистоте природы, от грязи человеческого сквернословия и вседозволенности.

На новом альбоме можно будет услышать новую версию песни «Мраморный ангел» с альбома «По ту сторону сна», причем по музыке она радикально отличается от оригинала. Означает ли это, что оригинальная версия вас больше не устраивает?

Мне всегда хотелось, чтобы «Ангела» спела женщина. Миша Серышев прекрасно исполнил эту песню, и то, что представлено на альбоме «По Ту Сторону Сна», полностью соответствовало тогдашнему  моему видению. А тут все получилось совершенно по-другому.  К аранжировке  подключился «сумасшедший» человек Александр Дронов,  буйную фантазию которого периодически надо тормозить – сами послушайте, какие там «психические» клавишные присутствуют. Получилась совсем другая вещь, и в буклете диска после ее названия в скобках указано «Иное прочтение». Можно же одну и ту же книжку прочитать по-разному… Скрипников так  увидел эту песню на этот раз, Настя Симанская так спела, Дронов добавил «психической атаки», и получился вот такой огненный «Ангел». Я понимаю, что, как обычно, будут споры – какая версия лучше, но эта вещь хорошо вписалась в канву альбома.

В Арии, Мастере, Кипелове и так далее вы выражаете в словах чувства и мысли играющих в этих группах мужчин. В «Династии посвященных» гораздо больше лично ваших чувств и мыслей. Однако большинство вокалистов - все равно мужчины. Получается, у нас на сцене совсем мало женщин-певиц, которым вы бы могли поручить выражать ваши мысли и чувства?

Понимаете, тематика этого требует. А потом, долгие годы «концлагеря» все-таки дают себя знать, и у меня мышление более повернуто в мужскую сторону. Хотя «Лунное дитя» на первой «Династии» - это исключительно женская вещь: языческая, костры, венки, зеленые человечки бегают. Кстати, у Миласы, которая ее спела, недавно родилась дочка – Династия у нас продолжается. (Смеется). Жанна Кипелова спела «Настроение», и у нее  тоже родилась дочка. Получается интересный момент – где-то мы, возможно, проигрываем, а где-то выигрываем, новые «посвященные» появляются на свет.

Одна песня у нас осталась неиспользованной, причем по музыке песня совершенно потрясающая. Нам было обещано, что в проекте примет участие Любовь Казарновская, и мы со Скрипниковым очень  на это надеялась. Специально для нее мы написали песню, но Казарновская отказалась. Причина отказа – большая занятость в других проектах. Песня осталась, она лежит. Кто ее будет петь – я не знаю, может быть, Джина из Крюгера. (Дружный смех). Может быть, Юля из Solaris Infinitum, которая спела на «Варфоломеевской ночи», у нее очень интересный вокал. Может быть, мы еще кого-нибудь позовем. Но эта песня увидит свет.

Просто в основном песни пишутся в расчете на конкретных исполнителей. Когда пишешь, представляешь, как ее будет петь певец. «Детей Савонаролы» писали в расчете конкретно на Митяя Борисенкова. «Убийца времени» - я не знаю, какая женщина может спеть эту песню. По-моему, у нас таких пока нет. Хотя, возможно, вокалистка из Moray Eel смогла бы, она мне очень нравится. Я слышала, что она вернулась в группу, мечтаю послушать что-нибудь новое с ее участием, пригласить к себе.

Почему вы выпускаете «Детей Савонаролы» самостоятельно? Неужели не нашлось ни одного лейбла, который заинтересовался бы альбомом с таким звездным составом?

Условия выпуска альбома, которые сейчас предлагаются, меня не устраивают. Во-первых, не устраивают сроки – лейбл может сказать, что альбом будет через неделю, а на самом деле, пройдет несколько месяцев. В данном случае я понимаю, что мы должны выпустить диск в мае. Все уже в таком психическом состоянии, что надо альбом выпускать. Диск готов, Алик Грановский довел его до ума, и все, что мог, он исправил. Там много технических ошибок, потому что не было базовой группы. Терентьев может жаловаться, но когда у нас была Артерия, это был фундамент. В этом альбоме у нас фундамента не было, и это огромнейшая  ошибка. Кроме того, я хотела, чтобы было побольше гитаристов, и оказалось, что Андрей Смирнов (Мастер, Everlost) и Олег Изотов (AnJ, Trinity) – это совершенно разные гитаристы, у них разное звукоизвлечение, разный подход, и это чувствуется по исполненным партиям. Если бы все прописал один человек, может быть, было бы лучше. Затем, у нас несколько барабанщиков – мне хотелось, чтобы Олейник раскрылся у нас на альбоме, Карпухин душу отвел. Видимо, надо сразу брать какую-то группу для воплощения проекта в жизнь, но не получается. Группы не хотят играть чужой материал, у них свой репертуар. Приятным исключением стала группа Гран-Куражъ, вокалист которой Миша Житняков, исполнив песню «В небе» для альбома, теперь поет ее на концертах. Прекрасный, звенящий голос. Я с удовольствием продолжу работу с группой, которая изъявит готовность делать третью «Династию», чтобы был музыкант, который контролирует процесс «от и до». У нас же было только отслеживание вокала, чем занимался Анатолий Алешин, а для музыкантов существовала своеобразная вольница.

Мы правильно понимаем, что «Дети Савонаролы» - это запятая, но не точка? Вы планируете выпуск продолжения?

Кто знает? Может быть, это не будет Династии Посвященных, но что-то будет. Сначала мне надо раздать долги... Психологически встряхнуться - садишься работать, что-то делать Валерию Александровичу, а мысли не там, мысли о том, поехал ли Грановский, сделал ли что-нибудь, и как это будет звучать в результате. Альбом болезненный, и из-за технических погрешностей при его создании результат по звуку, я думаю, будет не  совершенным, хотя Грановский и сделал все, что мог, чтобы его вытянуть. Спонсоров у нас нет, я так мечтаю о том, что мне позвонят и скажут: «Пушкина, я хочу быть вашим спонсором!» Но нет такого! Альбом полностью сделан на мои деньги, а сведение оплачивал мой друг еще со времен Автографа – Юрий Борисович Фишкин. Поскольку материал по нескольку раз переписывался, приходилось по нескольку раз платить. В принципе, альбом начинался под заказ CD-Maximum, но заказ потом сняли.

Многие считают, что время лейблов проходит, и что скоро группы будут издавать сами себя, а то и вообще не будут – все будет распространяться через Интернет. Каков ваш взгляд на будущее индустрии звукозаписи в нашей стране?

Будущее очень печально. Хотя и раньше все было не очень. Да, нас издавали, издавали на неплохих условиях, но реальной статистики по распространению мы не знаем. Нас обманывают, говорят, что альбом плохо продается, а мы получаем массу писем типа: «У нас нет диска в продаже!» Плюс, конечно, Интернет – вечером того дня, когда выходит «Династия», она появляется на всех сайтах. У меня запускаются партизаны, пишут: «Удалите! Удалите!», а в ответ слышатся крики: «Пушкина – жмот! Не дает выкладывать альбом!» Если кто-то думает, что это коммерческий проект, то он глубоко ошибается. CD-Maximum готовы помочь нам с проведением автограф-сессии, хотя музыкантов трудно собрать вместе, они разбегаются, как тараканы, и я не знаю, что из этого в результате получится. Много заказов идет с Украины, но как там диски будут распространяться, я пока не очень представляю. Я же все-таки не торговец, с бизнесом на «вы», мое дело – чтобы песни дошли до людей, которые ждут. И в этом мне помогают девушки из фан-клуба Кипелова.

На наш взгляд, с музыкальной точки зрения «Дети Савонаролы» заметно доступнее, чем «Династия посвященных». Таков был ваш генеральный план, или же так сложилось в процессе работы?

Меня уговорили. Алешин постоянно употреблял термин «мэйнстрим» (дружный смех), говорил, что надо работать в мэйнстриме. Я не считаю, что то, что мы сделали - это мэйнстрим, он, видимо, имел в виду доходчивость материала. Я, опять же, не считаю, что это более доходчивый материал, там вокальные партии очень сложные – вспомните, например, «Убийцу времени», которого, кстати, Борисенков спел по-своему, у Скрипникова задумано было по-другому. В чем этот альбом более выигрышен, так это в динамике. По поводу прошлого альбома меня часто спрашивали: «Почему у вас практически нет боевиков?» Но ведь это был готический альбом! По крайней мере, для меня это готика, я не буду спорить с остальными, которые определяют готику иначе. Какие могут быть боевики на готическом альбоме? Шашки наголо и вперед? А тут есть «Отчаяние» - совершенно потрясающая песня, но там колоссальный подтекст. Если рассказывать о связанных с ней совпадениях, приходах и уходах людей, то все очень интересно получается.

Для многих, в том числе и для нас, стало сюрпризом участие в альбоме детей Валерия Кипелова. Как они оказались привлечены к записи? Мало кто вообще знает, что они занимаются музыкой…

Но я-то знаю! (Смеется). И Валерий Александрович прекрасно знает, я ему много раз говорила: «У тебя мальчик прекрасно играет на виолончели, очень талантливый мальчик! У тебя есть песня «Закат» - запиши ты ее с родным сыном! Или выпусти сына на сцену!» Если у Оззи Осборна поют его ужасные дети, а здесь очень милые ребята, совсем не ужасные, которым не нужно садиться на диету – почему нет? Валерий сейчас говорит в интервью, что дня него наше сотрудничество стало неожиданностью, но это не так, он был в курсе.


<A href="http://www

КОНЦЕРТЫ



Copyright R&S © 2009-2017