Пятница, 21.07.2017, 07:48



Интервью В.Кипелова газете "Еstablishment" (2006 г.)
Валерий Кипелов жену нашел в родном дворе

Знаете, какая черта превалирует в характере вокалиста группы, играющей «жесткую» музыку — тяжелый рок? Мягкость. Во всяком случае, так показалось мне в ходе беседы с «золотым голосом» России Валерием Кипеловым. Песни из альбома «Реки времен» успешно крутят на многих радиостанциях, даже вконец «опопсевшее» «Русское радио» вплетает их в свой эфир. То, что группа, названная по фамилии ее лидера, переживает сейчас не худшие времена, подтверждают и толпы воодушевленных фанатов, пришедших на концерт в ДС «Юность». В следующем году группе «Кипелов» исполнится 5 лет, уже сейчас музыканты «пекут» новый альбом к 1 сентября – дню ее основания. 

«Чего вы шумите и мешаете нам разговаривать?» — обратился Валерий к участникам коллектива, которые весело смеялись о чем-то своем, в то время как мы с ним начали беседу. – Вообще покиньте помещение». Все это, конечно, говорилось шутя, с улыбкой. «Они и вправду ушли?» — забеспокоился артист, когда музыканты послушно удалились.

- Валерий, вы вспоминаете то время, когда работали сторожем? О чем мечтали тогда?

- Я находился в достаточно подавленном состоянии, ведь после взлета, появившейся популярности все неожиданно рухнуло. Это было связано с переменами в стране в 91-м и 92-м годах. Многие музыканты тогда кинулись заниматься бизнесом: торговали пивом на рынках, ездили в шоп-туры и т.д. Я, слава Богу, этой участи избежал, поскольку ничего не понимаю в предпринимательском деле и никогда не хотел заниматься этим. Работая сторожем на базе, где мы когда-то репетировали с «Арией», я имел лишнюю возможность помузицировать. Но пережить двухгодичный застой в творчестве было очень непросто. Я не раз слышал, что пора все бросить и пойти работать на завод — как-никак на мне семья, дети, которых надо кормить. Но я верил в свою счастливую звезду, в то, что рано или поздно все изменится к лучшему. К счастью, из этой трудной ситуации удалось выйти с минимальными потерями.

- Музыканты из URIAH HEEP рассказывали, что их жены не хотели мириться с тем, что почти все свободное время они посвящают музыке. Как в вашей семье разрешались конфликты на этой почве?

- Да, я тоже столкнулся с такой проблемой и скажу, что разрешать конфликты мне удавалось не всегда. У нас были большие проблемы, складывались сложные отношения в семье. Да они и сейчас не простые… Правда, когда дети выросли, стало гораздо легче. Я очень рад тому, что у меня их двое: сын и дочка. А 5 лет назад появилась еще и внучка. Через семейные проблемы, наверное, приходится пройти в жизни для того, чтобы потом вылить переживания в песнях, затрагивающих душу.

- Вы своим «золотым голосом» пели колыбельную детям?

- Колыбельную – не приходилось. (Улыбается.) Но вместе с детьми мы иногда распевали. Они любили, когда я исполнял им что-нибудь из своего репертуара. Бывало, я на просьбу детей отвечал: «Вот выучишь композицию Beatles, тогда спою». Хотя особо не заставлял их учиться музыке. Они сами выбрали этот путь. Дочка окончила институт и работает дирижером, а сын сейчас учится на первом курсе в Гнесинском училище по классу виолончели.

- Виолончель… Это такой красивый инструмент!

- Да, очень. Правда, на первых порах его было тяжело выносить. (Смеется.) Но нужно же иметь терпение!

- Валерий, как формировался ваш характер? Какие люди оказали на вас наибольшее влияние?

- В первую очередь родители, которым я очень благодарен за все. Мы жили на окраине Москвы в неблагополучном районе Капотня. И многие отцы после работы отправлялись в гаражи, где хорошо прикладывались к бутылке. А мой папа почти все свободное время посвящал мне (несмотря на то, что я в семье не единственный ребенок, у меня еще есть сестра). Мы с ним постоянно ходили летом купаться на речку, играли в футбол, зимой спешили на каток. Я помню, как он купил мне первые коньки. Это была целая эпопея, ведь они были довольно дорогими по тем временам. Своим подарком отец тогда серьезно подорвал семейный бюджет. Зато именно мама настояла на том, чтобы я стал музыкантом. А папа всегда мечтал сделать из меня спортсмена: хоккеиста или футболиста. Сам он очень любил эти виды спорта. Наверное, благодаря родителям у меня сформировался внутренний стержень, который позволил не сломаться в трудную минуту. И они поддерживали меня, что бы ни случилось.

- Вы относите себя к борцам?

- Нельзя сказать однозначно. Все зависит от ситуации. Бывает, хочется бросить весла и пуститься в свободное плавание. Но в какой-то момент понимаешь, что так больше нельзя и пора начитать грести. Я не раз удивлялся, откуда в сложной экстремальной ситуации у меня вдруг появлялись силы и энергия, которых раньше я в себе не обнаруживал.

- За супругу воевать приходилось?

- Да нет. Не помню, чтобы между нами происходили сумасшедшие баталии. Сложилось так, что мы росли рядом, живя в домах по соседству. Она была на два класса моложе меня. Отношения у нас завязались лет в 12-14. Теперь я и не помню, сколько ей лет-то. Наверное, 28 где-то! (Улыбается.)

- Вокальные данные использовали, чтобы привлечь ее внимание?

- Во дворе петь приходилось, и она тоже слышала. Однажды меня заметили ребята из популярного в округе музыкального ансамбля и предложили быть у них вокалистом. Так примерно с 14 лет я стал петь на танцах и свадьбах. Благодаря этому приобрел определенный опыт. Просто повезло! Кстати, взбираться на определенные ступеньки жизни мне неоднократно помогало провидение.

- Дети и внучка любят похвастать, что у них такой классный отец и дедушка?

- Нет. Они обо мне нигде особенно не распространяются, не пользуются этим. За что им спасибо! И потом — я не считаю себя настолько известным. Помню, как пошел проводить сына в первый класс, а он очень просил не делать этого. Дети, увидев меня из окон школы, стали кричать, скандировать, ему это ужасно не понравилось, поскольку сын не любит повышенного внимания к себе. И когда мы с ним куда-нибудь отправляемся, на нас обращают внимание люди, просят автографы, он то и дело ворчит: «Лучше б я один поехал». (Смеется.) Я помогаю детям финансово и морально, но они всего добиваются сами. Стараюсь быть хорошим отцом, следуя примеру своего папы. Хотя это не всегда получается, особенно сейчас, когда много гастролей. Но скоро придет зима, и я буду по возможности кататься с ними на санках. До сих пор делаю это с огромным удовольствием.

- Вы, наверное, совсем не строгий папа…


- Все же иногда приходится быть строгим. До крайностей, конечно, никогда не доходило. Но были моменты, когда я мог достаточно сурово говорить с детьми. Особенно в период их переходного возраста. Вот с сыном серьезно разбирался по поводу курения.

- Сейчас он не курит?

- Ну… бывает. (Вздыхает.) Хотя обещал, что бросит после поступления в училище. Но знаете, как это бывает? Главное — найти предлог. Я и сам никак не могу оставить пагубную привычку. А надо быть примером для сына и начинать с самого себя.

- Валерий, вы вот приняли такое серьезное решение – создать новую группу. Выносили этот вопрос на семейный совет?

- Нет, в отношении работы я всегда принимал решения самостоятельно. Как всякий мужчина, предпочитаю в отдельных вопросах разбираться без сторонней подсказки. Конечно, шаг был не простой: ни у меня, ни у ребят из нашей группы не было 100-процентной уверенности, что все получится. Но нам хотелось работать в коллективе, где царит взаимопонимание и есть на кого опереться.

- Почему-то Дубинин (бас-гитарист группы) был особенно агрессивно настроен после вашего ухода из «Арии». Клялся: «Я с Кипеловым на одну сцену ни за что не выйду!» С ним у вас были трения?

- (Смеется.) Я понимаю, что теперь он кричит. У нас с Дубининым как-то изначально отношения не складывались. Хотя временами мы прекрасно ладили... В любом случае с Виталиком мне всегда было проще общаться, потому что он человек открытый, все говорит в лоб. Редко, когда его недовольство проявлялось за спиной. У Дубинина все на лице написано, я знал, как вести себя с ним. А вот с Холстининым (гитарист и основатель «Арии» — авт.) было гораздо сложнее, потому что Володя всегда себе на уме, ужасно скрытный. Никогда не знаешь, что он сделает в следующую минуту.

- Чтобы хорошо выглядеть, артисты часто мучают себя разными диетами. Например, тот же Холстинин почти не ест сладкого. А вы?

- Как раз сахар исключить у меня не получилось. С тех пор как 11 лет назад я завязал со спиртным (не пью даже пива), меня потянуло на сладкое. Надо же позволять себе какие-то маленькие удовольствия. Диеты как таковой не соблюдаю, просто немного ограничиваю себя в еде в период гастролей: стараюсь плотно не обедать перед концертом и редко ужинаю. Зато не отказываюсь от зеленого чая, который очень люблю. Кроме того, стараюсь поддерживать форму физическими упражнениями. В гастрольные поездки всегда беру с собой эспандер, даже сюда, во дворец спорта, принес его. Приходится много ездить, поэтому часто хочется размяться.

- Как правило, человек надолго запоминает то, что создал, спел в период влюбленности. Можете сказать, какие ваши работы озарены этим романтическим чувством?

- (Улыбается.) Да почти все лирические песни отражают какие-то моменты личных переживаний. И то, что не всегда в семье складывались отношения, тоже можно проследить в песнях.

- Я понимаю, что вам неоднократно задавали вопрос по поводу одной композиции. Она была написана уже давно, но продолжает оставаться хитом…

- Вы говорите о песне «Я свободен»?

- Точно! Чем она была навеяна?

- Честно говоря, сначала я не представлял, о чем будет эта композиция. Мы с Сергеем Мавриным очень долго «крутили» с текстом. Было множество сюжетов, из которых мы пытались сложить один. Правда, не всем до конца понятно, о чем в ней поется. Большинство людей концентрирует внимание на словах припева: «Я свободен…». А кто там куда ушел, кто кого любил, разлюбил — это уже им не так интересно.

- Сережа Шнуров, видимо, тоже относится к таким невнимательным слушателям…

- Действительно, в созданном им саунд-треке совершенно другой подтекст – песня о том, как человек сидит «на зоне». (Смеется.)

- Вы спокойно отдали ему песню на трансформацию?

- Скажем так — мне нравится не все из того, что делает Шнуров. Единственное, о чем я просил его, чтобы в песне не было ненормативной лексики, этого я категорически не приемлю. И так наш язык засорен донельзя! Сергей заверил меня, что все будет пристойно. Послушав готовую композицию, я остался доволен.

- Если бы перед вами очутилась фея с вопросом «Чего тебе не хватает для полного счастья?» — вы бы нашли, что ей ответить?

- Да. Я попросил бы, чтоб она помогла поддержать здоровье моих родителей. Мне тяжело видеть, что это уже не те люди, которых я знал. Отец у меня всегда был такой шустрый… Конечно, проблематично сохранять молодецкий запал в его возрасте – папе уже под 80. Хорошо, если бы фея продлила им жизнь… Отправляясь на гастроли, я всегда беспокоюсь о родителях.

КОНЦЕРТЫ



Copyright R&S © 2009-2017