Воскресенье, 19.11.2017, 15:24



Интервью Валерия Кипелова журналу "Салон АВ" (февраль 2006)
Валерий Кипелов: без короны на голове

Одним из ярких музыкальных событий прошедшего года стал выход дебютного альбома группы "Кипелов", оcнованной мэтром российской тяжелой музыки Валерием Кипеловым. Рок-баллады в его исполнении нравятся и школьницам, и 70-летним бабушкам. Мы уже брали интервью у Валерия сразу после его ухода из "Арии", а сейчас поговорим о его собственной группе и, конечно же, о новом альбоме "Реки Времён".


Вышел долгожданный диск, и первый вопрос - довольны ли вы результатом? Всё ли получилось так, как хотелось?
Я доволен музыкальным материалом. И прежде всего - потому, что это был не чей-то сольный альбом, а итог совместного творчества. В создании песен принимали участие все ребята. На диске есть композиции и Алексея Харькова (бас-гитарист), и Алексея Голованова (гитарист), и мои - примерно в равных пропорциях. Точно так же было когда-то и в "Арии" - мы все вместе работали над аранжировками и не делили, где чья композиция.
А вот что не очень порадовало, так это звук. Мы хотели бы звучать потяжелее. Но поймите, это претензии во многом к самим к себе. В "Арии" нам тоже всегда казалось, что можно было сыграть лучше, свести иначе... Вообще, не часто музыкант говорит по окончанию работы: "Да, всё супер!", а если говорит, то это человек такой, с короной на голове, что ли...

Реализовались ли вы на альбоме как композитор?
Я боюсь себя называть композитором. (Смеется) Для меня композиторы - Бах, Бетховен... Серьезные, солидные люди. Мы же просто авторы. В чем мы реализовались - в том, что альбом получился целостным, выдержанным в определенных рамках.

Почему-то самое сильное впечатление на альбоме производят баллады. Вам больше по душе сейчас этот жанр?
Наверное. Я в большей степени лирик. Может, тексты баллад мне ближе, ведь они более проникновенны.

Не ограничены ли вы рамками слушательских ожиданий?
(Задумывается) Нет. Мы не боимся экспериментировать. Другое дело, что не хотим идти на компромисс с самими собой. Нам просто нравится то, чем занимаемся. Да, есть упреки в том, что музыка "Кипелова" не нова, и это так. Для меня всегда ориентиром был и остается Judas Priest. Вот какую музыку я всегда хотел писать. Когда есть и жесткость, и агрессия, и мелодика, которая запоминается. Недавно был на их концерте - получил бездну эмоций и огромный заряд энергии. Если с чем-то пробовать экспериментировать, так это с блюзом. Я люблю слушать эту музыку, обожаю Led Zeppelin, и очень хотелось бы что-то такого плана попробовать.

Как вы нашли свой вокальный стиль? Учились ли на чьем-то конкретном примере?
Да. Примером были и Дио, и Плант, и Ковердейл. Очень нравились Нодди Холдер из Slade, тот же Хэлфорд, Брюс Дикинсон из Iron Maiden. Слушая их, я пытался у каждого найти что-то для себя. Параллельно я занимался с педагогом академической школы, и в первых альбомах "Арии" очень слышна "классическая" окраска в голосе. Плюс наследие ансамбля "Лейся, песня", там были достаточно мягкие голоса.

Вы и сейчас занимаетесь вокалом?
Сейчас - индивидуально. Скажем так - время от времени. (Смеётся) Ещё бы курить бросить, было бы совсем замечательно.

Говорят, в начале 90-х, когда в стране упал интерес к музыке, вы работали чуть ли не сторожем.
Да, так и было. С 91-го по 95-й год проработал сторожем на репетиционной базе в Выхино, охранял аппаратуру, на которой мы когда-то играли на стадионах. Но я и не хотел искать себя в чем-то другом. А сторож, истопник - это вечные профессии музыкантов. На базе можно было сочинять... Этот период стал испытанием для всех. Все сидели и ждали лучших времен. И дождались - в 95-м начался непрерывный подъем.

С чем он связан, как вы думаете?
Много факторов. Закончился период шоковой терапии, народ почувствовал себя полегче. И мы записали, как мне кажется, удачный альбом. Пошёл новый виток интереса. А может, он и не пропадал - просто людям было не до музыки...

Помогла ли помощь спонсоров?
Это было позже. "Ария" выкарабкивалась сама по себе, вплоть до 98-го нам никто не помогал. В конце концов - это было наше дело, другого делать не хотели. Мы почему-то всегда живём вопреки. Все нас хоронили, а мы выживали - вопреки чужому мнению, вкусам... Были преданы своему стилю и смогли тогда сохранить коллектив. Это важно.

И группа пережила испытание трудностями, но не выдержала успеха...
Да. Огонь и воду прошли, а вот медные трубы не осилили. Мы с Холстининым вместе отработали 17 лет, с Дубининым - 15 лет, вот... просто за это время очень надоели друг другу, много попортили крови... Появились разные взгляды на музыку, и стали возникать споры о том, куда дальше двигаться, но главное - потеряли команду, тот дух "Арии", который всегда был нам присущ. Мы делали всегда всё вместе, занимались аранжировками вместе, встречались, проводили праздники. Вот это было окончательно утрачено.

Ещё до распада "Арии" возник интересный творческий союз "Кипелов - Маврин". Почему он не состоялся в группе "Кипелов"?
Не удалось вернуть всё то, что было в 97-м. С тех пор прошло много времени, и Сергей привык работать один. В этом - основная проблема. Маврин обижался, что я "заворачиваю" его песни. Но мне они нравились! Просто хотелось, чтобы они были более компактными и насыщенными. Маврина привлекают музыкальные полотна на 9 - 11 минут, а я к ним охладел. Предлагал Сергею компромиссные варианты... Ведь то, что он сочинял, было характерно только для музыки Маврина, а надо, чтобы каждый привносил что-то своё.

Ваша аудитория, в основном, молодежь. Подростки 80-х, 90-х - начала, конца 90-х и сегодняшние, насколько они отличаются?

Особых изменений я не вижу. Сегодняшние более искушенные, более информированные. Были в 80-х люди, которые приходили на концерты "Арии" просто поорать и подраться. Есть такие и теперь. Были те, кто хотел вникнуть в музыку, в тексты, пытался понять, что мы хотим - и такие есть сейчас. Просто тогда был более узкий спектр публики - сейчас он стал шире. А аудитория песни "Я свободен" достигает семидесятилетнего возраста. (Смеётся) К нам 70-летние бабушки приходят и ждут ее исполнения!

Не получается ли, что нынешняя молодежь, не обремененная официальной идеологией, видит в вас человека, способного на некие откровения?
Не знаю, мне трудно представить себе такое. Никогда на себя роль гуру не примерял, и ребята, надеюсь, тоже. Нам приходит много писем, где слушатели пишут, что наши песни помогают им выживать в тяжелые моменты - и я, как отец и дедушка, этим горжусь. Хорошо, если ребята учатся смотреть на мир трезвыми и незатуманенными глазами. А учителем быть - вряд ли, какой я учитель - у меня и самого-то порой всяких изъянов полно. И самому есть чему учиться.

Что вам приносят радость в жизни?
Радуюсь, когда прихожу домой, вижу своих детей, вижу, что с ними всё в порядке, у них хорошее настроение. Смотрю, как играет внучка, слушаю ее рассказы - про детский сад, про свои события... Мы смотрим вместе либо футбол, либо бокс, либо, как сейчас, "Мастера и Маргариту". Вот, пожалуйста, самые главные моменты. Это что касается личной жизни. А относительно группы, музыки, то самое главное для меня - когда внутри есть согласие, взаимопонимание и общая цель. И результат, конечно. Когда видишь перспективу, чувствуешь, что в тебе еще есть потенциал, что ты еще что-то можешь - вот тогда это, наверное, и можно назвать ощущением радости.

Текст: Владимир МИЛОВИДОВ,
журнал "Салон АВ" №2/06



КОНЦЕРТЫ



Copyright R&S © 2009-2017